Книга заканчивается путчем 1991 года, который автор наблюдал воочию и подробно задокументировал
«Mellonta tauta» воспринимается как прообраз антиутопия XX века с ее пророческим выводом о том, что «уничтожение какого-нибудь миллиарда» полезно для общества в целом
Эдгар По был весь соткан из противоречий, а его жизнь была предельно далека от идиллии. Может, поэтому он до сих пор пугающе актуален. Предопределив ряд тенденций мировой литературы, сам он не вписывается в рамки ни одной из литературных школ.
По переиздают регулярно - и вряд ли эта ситуация изменится в ближайшие десятилетия. Очень удачным стоит признать сборник рассказов, выпущенный издательством ЭКСМО (от аналогичного предшественника 2016 года он отличается переводом новеллы «Украденное письмо»).
Несмотря на карманный формат книги, составитель позаботился о ее всеохватности. Заглавие сборника сигнализирует об акценте на детективный жанр. Действительно, весь цикл о сыщики Дюпене здесь на месте («Убийство на улице Морг», «Тайна Мари Роже» и «Украденное письмо»).
Эдгара По считают основоположником литературного жанра. Но его новеллы далеки от развлекательности. Даже в упомянутой трилогии важно не событийная канва, сколько препарирование метода Дюпена. В этом весь По, пытавшийся измерить метафизику сугубо научным аршином. Таковы рассказы «Месмерическое откровение» и «Разговор с мумией».
По всегда старался держаться подальше от политики. Но его аналитический склад ума позволил ему сделать массу поразительных прозрений по части современного мироустройства. Поэтому «Mellonta tauta» воспринимается как прообраз антиутопия XX века с ее пророческим выводом о том, что «уничтожение какого-нибудь миллиарда» полезно для общества в целом. А в рассказе «Надувательство как точная наука» образ мошенника верен, но излишне романтичен - современные лихоимца действуют намного беспринципнее.
Готических новелл в сборнике практически нет. Исключение составляет разве что «Трагическое положение», но здесь все же больше юмора и сюрреализма, нежели кошмара как такового. Как чистый анекдот воспринимается малоизвестный рассказ «На стенах Иерихонских». Зато «Тысяча вторая ночь Шахерезады», возможно, предвосхитила, ни много ни мало эру постмодерна!

pressfoto




Комментарии читателей Оставить комментарий