или Правда о том, как нетрадиционная медицина на селе приживалась

КАК Я СТАЛ НУДИСТОМ, или Правда о том, как нетрадиционная медицина на селе приживалась История под столь пикантным заголовком, рассказанная нашим 75-летним

КАК Я СТАЛ НУДИСТОМ,

или Правда о том, как нетрадиционная медицина на селе приживалась

История под столь пикантным заголовком, рассказанная нашим 75-летним читателем, оказалась вполне безобидной. Если не считать того, что ему и вправду пришлось почти полдня прикрываться фиговым листочком. И придумывать правдоподобную историю о том, как это с ним такое могло произойти.

Детство Ивана Васильевича прошло в маленькой деревне Воронежской области. В памяти до сих пор живо воспоминание о голодных послевоенных годах. Семья нашего героя была не самой бедной, выручал маленький огородик. Потому, когда соседские мальчишки донашивали домотканые штаны, маленький Ваня щеголял по деревне в настоящих фабричных брюках. Эти брючки были его большой гордостью.

Одна в то время у мальчишек была радость — купание в реке, протекаюшей за огородами. И тем слаще был этот плод, что родители строго-настрого запрещали детворе без присмотра плескаться в чистой заводи. А Ване запрещали купаться вдвойне, потому что совсем недавно он перенес лихорадку и мать чудом выходила его в саду под вишнями.

Но мальчишки есть мальчишки. И в то время, пока взрослые пропадали на работе, они гурьбой бежали к речке, на ходу скидывая с себя нехитрое одеяние. О купальниках и нижнем белье тогда конечно же представления никто не имел. Потому детвора без тени смущения кидалась в омут нагишом.

“В один из жарких дней мы снова нарушили родительский запрет и тайком убежали купаться. Разделись, сложили под кустом свои штанишки и — в воду, — вспоминает Иван Васильевич. — Накупавшись, вышли на берег. Смотрю, все оделись, а моих вещичек нет”.

Пропажа вскоре обнаружилась и... снова исчезла во рту пасущейся неподалеку пестрой коровы. Штаны с боем отвоевали, только своему названию и предназначению спасенная вещь уже не соответствовала. Даже домой в них дойти было никак нельзя.

Прикрывшись лопухом, Ваня кое-как добежал огородами до родного крыльца. Впереди оставалось самое страшное — объяснить матери, что же приключилось с гардеробом. Современному читателю невдомек волнения и тревоги нашего героя по поводу потери единственных брюк. Нынче одежда не роскошь. Да и не только в штанах было дело. Как признаться в том, что ослушался, обманул мать? Потому пришлось мальчику сочинять доподлинную версию о непреднамеренной порче личного имущества.

История испорченных штанов вскоре стала достоянием всей округи. А придумано было следующее: якобы штаны Ваня случайно выпачкал, постирал и повесил сушить на плетень. На них-то и позарилась проходившая мимо двора отбившаяся от стада корова. Спохватившись слишком поздно, мальчик спас только вот эту тряпочку, которая была представлена маме в качестве доказательства.

Виновные были найдены в лице сони-хозяйки, которая не выгнала корову в стадо поутру. Потому животина в поисках пропитания бродила целый день по деревне.

Поверила мама или нет, Ваня тогда так и не узнал. Только сельские сплетницы вздыхали сочувственно: “Надо же, как пострадал мальчонка”.

Прошло много лет, Иван уже учился в техникуме. Однако давняя ложь все не давала ему покоя. Однажды в душевной беседе он решил сказать матери правду.

Так давно забытая история получила свое неожиданное продолжение. “Я тоже хочу тебе признаться, сынок, — спокойно сказала женщина, выслушав признание. — Помнишь, когда ты три дня пролежал в лихорадке в вишневом саду, я еле тебя выходила. А лечила я тебя своей ...”

Так Ваня понял, можно сказать, испытал лично на себе, смысл непонятного ранее слова уринотерапия.

“Оказывается, не только меня совесть мучала”, — с улыбкой завершил свой рассказ Иван Васильевич.