Обращение Путина Запад не успокоит

Выступление президента России выдержано в слишком «извиняющемся» ключе, сожалеет эксперт

Падение малайзийского «Боинга» на землю Новороссии – нечто гораздо большее, чем просто трагедия. Случайно и неслучайно подбитые авиалайнеры истории ведомы, эти катастрофы всегда сопрягались с политикой, но все же никогда ранее такого рода катастрофы не влекли за собой настолько серьезных последствий. Провокация (а в том, что это именно провокация, сомневаться уже почти не приходится) оказалась, конечно, блестящей.

То, что виноватые в этой трагедии будут быстро назначены, также было очевидно с самого начала. Более того, назначены они были уже за сутки до трагедии. Во всяком случае, анализ «перехваченных разговоров», которые «террористы» (так западные и некоторые российские СМИ называют ополченцев Донбасса) вели между собой, показал, что эта стряпня была сделана довольно грубо, «на коленке» и... накануне самой авиакатастрофы.

На этом фоне не слишком уже удивляешься и решению украинских авиадиспетчеров направить самолет над зоной так называемой антитеррористической операции. И не нужно даже лишний раз ссылаться на то, что высота эшелона в 10 километров над этим районом была допустимой. Простой вопрос: зачем? Быть может, ответ на это смогут дать записи черных ящиков, но до них нужно еще, однако, добраться специалистам, которых Киев пока что не спешит пускать к месту крушения «Боинга». Чего опасаются?

Вышеозначенный вопрос, конечно, риторический. Другое дело – чего опасаемся мы. Если ни мы в России, ни наши братья в Новороссии самолет не сбивали, а Киев, Брюссель и Вашингтон по сути не могут утверждать обратное без ссылок на какие-то сплетни и неубедительные «данные из космоса», то стоит ли нам вообще обращать столь пристальное внимание на всю эту суету? С нашей стороны все контраргументы стороне противника уже приведены. Неужели надеемся пробить голосом разума глухую информационную блокаду? Похоже, действительно, не можем заставить себя вконец разочароваться в «партнерах», и, наверное, именно этим обстоятельством можно объяснить появившееся в ночь на понедельник обращение российского лидера с разъяснением нашей позиции по трагическому инциденту в небе ДНР.

При этом в обращении Путина прозвучала предельно очевидная вещь: «С уверенностью можно сказать, что если бы 28 июня боевые действия на востоке Украины не были возобновлены, то и этой трагедии наверняка бы не произошло». Ну завещал же незабвенный Козьма Прутков: «Зри в корень». Да только какое это нечеловеческое испытание для собственной гордыни! Особенно когда ты, будучи президентом «незалежной», еще и не можешь эту треклятую «антитеррористическую операцию» совсем прекратить. Потому что Джен Псаки уже «разлила масло» – и, значит, кому-то не избежать участи незадачливого булгаковского Берлиоза.

В беседе с обозревателем KM.RU опубликованное официальное обращение российского президента по поводу катастрофы с малайзийским «Боингом» прокомментировал известный политолог и публицист, главный редактор изданий «Русский обозреватель» и «Новые хроники» Егор Холмогоров:

– У меня создалось такое впечатление, что это была некая реакция на те ультиматумы, которыми в последние дни Россию буквально засыпали наши западные партнеры. Они уже постарались обвинить нас во всем, в чем только можно, и я думаю, что это была наша попытка внести некоторое успокоение в их умы.

К сожалению, не могу судить, насколько эта попытка удастся, сможет ли это обращение как-то смягчить позицию Запада. Похоже, что он очень четко настроен любой ценой обвинить в сложившейся ситуации Россию и под предлогом угрозы санкциями добиться фактической политической капитуляции Москвы в вопросе об Украине. Явно там имеет место быть серьезный настрой «добить» нас.

Скажу честно: лично на меня это обращение произвело не очень благоприятное впечатление. У меня создалось ощущение, что оно выдержано в слишком извиняющемся тоне, который исключает даже саму возможность постановки вопроса о вине Украины за этот инцидент с авиалайнером, а те военные политические события, которые последние дни происходят на Донбассе, создают впечатление, что воля российской элиты к оказанию помощи ополченцам значительно ослабла.