В России снимают запрет на корректировку границ охраняемых территорий

Главная проблема в том, что законопроект нигде не поясняет, что именно считать «объектами государственного значения». Формулировки настолько размыты, что под них можно подвести любой коммерческий проект 

Госдума в первом чтении приняла законопроект, позволяющий правительству изменять границы заповедников и национальных парков. Документ дает право выводить земли из состава особо охраняемых природных территорий (ООПТ) под объекты обороны, стройки регионального значения и в случае "полной утраты природоохранной ценности". Противники инициативы указывают, что размытые формулировки открывают дорогу для изъятия заповедных земель под коммерческие проекты, а понятие "утраты ценности" может быть использовано для узаконивания последствий поджогов и иных рукотворных катастроф. 

В России насчитывается почти 12 тыс. особо охраняемых природных территорий разного уровня. Их общая площадь превышает 240 млн гектаров. Федеральный закон об ООПТ действует с 1995 года, но механизма корректировки границ в нем не предусмотрено. Разработчики утверждают, что за три десятилетия накопились случаи, когда такое право необходимо. В качестве примеров приводят планы по строительству магистрали Москва – Санкт-Петербург, которая проходит через три региональных национальных парка, а также необходимость размещения объектов Минобороны на заповедных землях.

Решения будет принимать специальная комиссия с участием чиновников, депутатов и силовиков, а застройщик — платить компенсационный сбор. Ну и тут возникает сразу три болезненных момента: во-первых, как считают некоторые депутаты, компенсационный сбор — это сразу коррупция. Во-вторых, непонятно, как будет формироваться комиссия. В-третьих, не будут ли утрачивать ООПТ внезапно свою ценность из-за пожаров или наводнений именно в тех местах, где появилась острая необходимость развивать туристические кластеры или прокладывать дороги?

Главная проблема в том, что законопроект нигде не поясняет, что именно считать "объектами государственного значения". Формулировки настолько размыты, что под них можно подвести любой коммерческий проект — от горнолыжного курорта до карьера по добыче золота. Ученые и экологи скромно добавляют, что не стоит хоронить раньше времени поврежденные природные зоны, для них это вообще нонсенс. Как биологи они понятие "полная утрата природоохранной ценности" научно не признают — природные территории способны восстанавливаться. Было бы время и желание. Но такой цели нет в законе.

Проблема возможных изменений границ особых охраняемых зон стоит особо остро уже не первый год — но после принятия проекта о сплошных рубках на Байкале, где копья бились и звучали громкие речи, а ничего изменить не удалось, кажется, что и тут природа проиграет со счетом уже 2:0. Но депутаты от оппозиционных фракций, надо отдать им должное, продолжают напоминать о различных рисках принятия документа в нынешней редакции.

Например, депутат Ярослав Нилов (внепартийный, исключен из ЛДПР) указал на отсутствие в законопроекте четких критериев — если нет объективных показателей, то как комиссия отличит действительно значимый объект от коммерческого проекта? Парламентарий от КПРФ Нина Останина спросила, каким образом граждане и общественные организации смогут участвовать в комплексном экологическом обследовании и как можно будет оспорить его результаты.

Коммунист Алексей Куринный усомнился в самой модели принятия решений, формулировка "при отсутствии иных вариантов" всегда оставляет пространство для маневра, а комиссия, состоящая из чиновников, рискует превратиться в орган коллективной безответственности.

Отвечая на вопрос, министр природных ресурсов Александр Козлов признал справедливость многих замечаний и пообещал ко второму чтению прописать более четкие термины, уточнить состав комиссий и предусмотреть механизмы, исключающие возможность искусственного повреждения природных территорий. Главное, подчеркнул он, чтобы у государства в принципе появилось право, утраченное с 1995 года, на стратегические решения в отношении заповедных земель. На это он и упирал. Мол, право нужно, а права нет. Не хозяева мы земле своей, раз права нет! А там уже решим, как надо действовать… Ну, вы поняли.

Выступление депутата от "Справедливой России" Анатолия Грешневикова, как всегда, могло оставить равнодушным разве что человека без сердца. К тому же депутат привел конкретные примеры того, как подобные решения уже приводили к потерям для природы. Грешневиков сразу задал провокационный вопрос:

"Уважаемый Александр Александрович [Козлов], год назад президент Владимир Путин вам сказал, цитирую: "Я вас прошу обратить внимание на то, чтобы мы не создавали каких-то правовых лазеек для того, чтобы кто-то мог использовать особо охраняемые природные территории для коммерческой застройки и последующего разбазаривания этих особо охраняемых природных территорий и распродажи этих территорий. Над этим обязательно надо подумать". Почему вы проигнорировали и переиначили позицию президента?"

В отдельном выступлении он поведал интересную историю: в 1994 году постановлением правительства России был создан национальный парк "Югыд ва" для сохранения уникального природного комплекса, имеющего большую экологическую и историко-ландшафтную ценность. Но там открыли месторождение золота "Чудное". И, по словам депутата, власти Коми и Минприроды несколько раз пытались "откусить" кусок заповедной земли для бизнесменов.

"Но все их решения отменялись судами. Недопустимость любых изъятий подтвердил в 2024 году и Верховный суд", — напомнил Грешневиков.

Он обратил внимание на то, кто стоит за одним из таких проектов. "Ваш закон разрешает АО "Золото Инты", владеющему лицензией, фактически разработку месторождения "Чудное". И никого не смущает, что компания принадлежит офшорным структурам, а прибыль, скорее всего, будет уходить за рубеж, а не использоваться в интересах жителей Коми", — заявил депутат.

Грешневиков также напомнил о трагедии в Кавказском заповеднике, где во время олимпийской стройки вместе со стройматериалами завезли жучка, уничтожившего знаменитую Тисо-самшитовую рощу, сохранившуюся с ледникового периода. "Ее пытаются восстановить, но если и удастся, то это будет лишь подобие, но не оригинал. Сегодня Кавказский заповедник опять под прицелом бизнеса. Коммерсантам нужно добить оставшиеся его части", — сказал он.

По словам депутата, уже есть факты незаконных буровых работ под строительство курорта Лагонаки, зафиксировано уничтожение растений из Красной книги, а прокуратура оспаривает в суде заключения госэкспертизы. "Разработанная по инициативе президента программа реинтродукции переднеазиатского леопарда будет провалена", — резюмировал Грешневиков.

Представитель ЛДПР Владимир Сысоев указал на главную проблему документа — отсутствие конкретных критериев:

"Законопроект не содержит конкретных критериев отнесения объектов капитального строительства и линейных объектов к объектам федерального значения, оказывающим существенное влияние на социально-экономическое развитие. Но мы понимаем, что в первую очередь это курорты, дороги, разработка полезных ископаемых, обеспечивающая инфраструктура. Хаотичность строительства таких объектов может привести к нарушению экосистемы, что повлечет гибель объектов животного и растительного мира".

Он призвал установить "правило двух ключей": согласие законодательной и исполнительной власти регионов плюс согласование профильного вице-премьера. "Иначе растащат региональные заповедники под стройки и иные коммерческие цели. Примеры хищнического подхода мы с вами уже видели. В стране полно брошенных, не рекультивированных земель, загаженных после золотой лихорадки", — предупредил депутат.

От КПРФ выступил Олег Михайлов, который напомнил об истории создания заповедной системы: "Система особо охраняемых природных территорий была создана фактически во времена советской власти, когда у руля государства находилась коммунистическая партия. Еще в 1917 году появились первые заповедники в нашей стране, во время Гражданской войны и иностранной интервенции. Во время Великой Отечественной войны создавались соответствующие объекты. Расцвет развития ООПТ пришелся на 70-е годы, когда большинство из тех объектов, которые на сегодняшний момент существуют, были созданы. А что происходит сейчас?".

Да, что происходит? Приводятся аргументы разработчиков о необходимости законопроекта для нужд обороны и для регионов, где якобы нет механизма контроля. Депутат напомнил, что действующее законодательство уже предусматривает все, что надо. В Земельном кодексе есть параграфы, которые разрешают использование любых земель, включая ООПТ, для оборонной безопасности, например. А статья 10 закона о переводе земель позволяет менять категорию участков при наличии положительного заключения госэкспертизы, не ограничивая причины утраты ценности.

Он привел пример Китая, где 18% территории занято особо охраняемыми природными территориями, и это не мешает стране развиваться. "В нынешних реалиях принятие данного законопроекта в представленной редакции приведет к ослаблению охраны ООПТ, созданию легальных возможностей для их фрагментации и застройки. Оно нарушает ранее данное поручение президента о запрете изъятия земель заповедников и нацпарков", — заявил Михайлов.

Первый зампред комитета по экологии Владимир Бурматов от "Единой России" выступил в поддержку документа. "Я сразу скажу, что наша фракция будет голосовать за принятие этого законопроекта в первом чтении. И нам предстоит огромная работа ко второму чтению. Я очень благодарен за ту дискуссию, которая состоялась сейчас. Чем дальше мы шли в этой дискуссии, тем чаще звучало, что во втором чтении надо изменить. Это очень хорошо, значит, все настроены на работу", — сказал он.

Бурматов отметил, что комитет подготовил замечания на 18 страницах. "На моей памяти это рекорд. Такого количества не было. И наверное, 17,5 из этих 18 страниц — это замечания, которые высказала именно фракция "Единая Россия". Но это замечания, которые ни в коем случае не должны похоронить необходимость наведения порядка в этой сфере", — добавил депутат.

Министр природных ресурсов и экологии Александр Козлов в заключительном слове попытался снять часть опасений, заверив, что положения законопроекта не распространяются на заповедники в полной мере. "Я вам прямо процитирую по пункту 2 статьи 9. В заповеднике можно что-то делать только для размещения объектов Минобороны и пограничников. Ни за деньги, ни за что другое в заповедниках невозможно", — заявил он.

Законопроект был принят в первом чтении. За его основу проголосовало большинство депутатов, которые представляют "Единую Россию", но дискуссия показала, что даже среди разработчиков нет единого понимания, как именно будут применяться новые нормы. Размытые формулировки, отсутствие четких критериев и реальных гарантий участия научного сообщества создают риски, при которых защита природы становится условностью, зависящей от текущих приоритетов. А, как боятся некоторые депутаты, приоритеты у нас — интересы бизнеса.