Уместно ли причислять антифа к противникам фашизма и левым?

Идеи, что вдохновляют антифа, и практика, к которой они прибегают, нацелены на одно: на моральное и физическое подавление большинства

Движение в сторону нового уклада, базирующегося на постиндустриализме в области экономики, цифровизации в области технологий и постмодерне в области культуры, обессмыслило огромное количество привычных политологических терминов. В результате лексикон политологов и публицистов (зачастую без злого умысла с их стороны) сделался предельно туманен и размыт, что усугубляет и без того высокую степень искажённости общественного сознания.

Путаница в определениях приводит к тому, что тем или иным явлениям общественной жизни присваиваются наименования, едва ли не противоположные по смыслу. Давая какому-либо движению название, имеющее прямую привязку к истории (а тем паче к событиям, вызывающим сильный эмоциональный отклик), мы как бы оживляем прошлое, пытаемся втиснуть в него реальность нашего дня. В ряде случаев это приводит к полной подмене понятий.

Группировки так называемых антифашистов, получившие поистине мировую известность благодаря активному участию в массовых беспорядках и погромах в США, большинство политологов склонно относить к левому лагерю, к его наиболее радикальному и непримиримому сегменту.

Между терминами «левый радикал» и «антифа» де-факто поставлен знак равенства. Среди левых интеллектуалов, что удивительно, правомочность подобного никто не оспаривает, словно бы по умолчанию соглашаясь, что орудующие в американских городах банды грабителей и погромщиков хотя и излишне горячие, но суть последователи марксистского учения в идейном плане и наследники Интербригад – в практическом.

Так ли это?

Очевидно, что нет. Для обозначения групп, выступающих ударными отрядами транснационального капитала (а именно его выдвиженцем является кандидат в президенты Соединённых Штатов Д.Байден, чьё окружение всячески науськивает и поощряет погромщиков) не подходят оба укоренившихся термина.

Молодчики, помогающие чёрным расистам из BLM терроризировать белое большинство, никоим образом не могут быть отнесены ни к антифашистам, ни к левым – по крайней мере, историческим. Они хотя и провозглашают себя продолжателями дела тех, кто с оружием в руках боролся с гитлеровской Германией, но в действительности служат целям, бесконечно далёким от торжества человечности и гуманизма.

Что же представляют собой идеологическая составляющая движения «антифашистов»?

Наиболее удачным можно считать определение, сформулированное в заглавии давней статьи Ильи Полонского, посвящённой российским соратникам западных антифа – «Адвокаты беспредела». Суть современного «антифашизма» оно раскрывает ёмко. И те идеи, что вдохновляют антифа, и та практика, к которой они прибегают, нацелены главным образом на одно: на моральное и физическое подавление большинства, на навязывание ему воли разномастных агрессивных меньшинств, от расовых и этнических до сексуальных.

Откройте, эксперимента ради, любой «антифашистский» сайт или паблик. Помимо декларируемой основной цели – борьбы с фашизмом и неонацизмом, вы обязательно наткнётесь на «второстепенные». Такие как борьба против традиционализма (а именно традиционная культура европейских народов – и русского в том числе! – способствует, по мнению антифа, созданию питательной почвы для ксенофобии и фашизма), распространение идей толерантности, помощь мигрантам и т.д.

Вполне закономерно, что ближайшими политическими союзниками антифа являются другие деструктивные группы: присвоившие себе наименование экологов ненавистники индустриального уклада, воинствующие феминистки, извращенцы из ЛГБТ… Вся эта разношёрстная, на первый взгляд, компания, что показательно, едет в обозе неолибералов, как по команде атакуя их политических противников.

Строго говоря, неуклюжий термин «лево-либералы» возник из попытки объяснить это явление: неизменную поддержку откровенно либеральных, ратующих за ультракапитализм и глобализм деятелей со стороны тех, кто с капитализмом якобы борется. И это общемировая тенденция.

В России, например, «антифашисты», феминистки и активисты ЛГБТ неизменно выходят на антипутинские шествия вместе с Шендеровичем, Навальным и Собчак. В Соединённых Штатах антифа и чёрные расисты пытаются физически подавить сторонников разрывающегося с проектом глобализации Д.Трампа…

Случайность ли это? Вряд ли.

Известный публицист Владимир Овчинский недавно опубликовал статью, в которой систематизировал полученные из разнообразных источников сведения об источниках финансирования группировок антифа в Штатах. Согласно этим данным, их подпитывает крупный транснациональный капитал - тот самый, что стоит за деятелями наподобие Х.Клинтон, Д.Байдена и иже с ними. И делает он это явно не для того, чтобы способствовать воцарению мира и гармонии в раздираемом массой противоречий американском обществе.

Но не будем сейчас углубляться в финансово-организационную сторону дела. Приглядимся к идеологии «антифашизма», которая имеет, в сущности, наднациональный характер.

Определяя фашизм как крайнюю степень шовинизма (что хотя и грубо, но во многом верно), антифа выбирают цели предельно избирательно. Атакую представителей правых и консервативных организаций, как правило, разрозненных и организационно слабых, они никогда не пытались выступать, скажем, против исламского фундаментализма, чёрного расизма, этнических чисток, где-нибудь в Косово, или хотя бы против сноса памятников советским солдатам в странах Восточной Европы.

Всё «анти», что присутствует в доктрине антифа, направлено исключительно против национализма конкретных народов и – если брать шире – их патриотических чувств. И наоборот, фундаментализм мигрантов или тех, чей национализм даже в самых крайних проявлениях сильными мира сего негласно признаётся допустимым, порицанию со стороны антифа не подвергается. О целенаправленной борьбе против них вообще смешно говорить.

Известен ли, допустим, хоть один случай «прямых действий» борцов с ксенофобией и предрассудками в отношении ячеек игиловцев в Европе? Отметился ли в ополчении Донбасса хотя бы один представитель группировок антифа?

Хуже того, исламский фундаментализм и бандеровщина, погубившие многие тысячи жизней в наши дни, не осуждаются «антифашистами» даже на уровне словесных деклараций. Это ли не свидетельство, что весь их гуманистический пафос бесконечно двуличен и лжив?

Бессовестно эксплуатируя память о тех, кто боролся против Третьего Рейха, современные антифа сами выступают за угнетение людей по признаку цвета кожи, культурной принадлежности, социального положения и веры. Собственно говоря, аплодируя чёрным расистам, заставляющим белых обывателей целовать себе ноги, антифа демонстрируют это с предельной откровенностью.

Ложно и второе, применяемое к антифа определение. Левыми они также не являются. Но здесь путаница в определениях возникает из-за того, что сегодня до предела выхолощено само понятие «левый».

Напомню, что исторически левыми считались не те партии и движения, которые прибегали к насильственным методам как таковым (а кто из соперничающих за власть к ним, спрашивается, не прибегает?), а лишь те, что боролись против капитализма как общественного строя и частной собственности на средства производства как базового условия его сохранения.

На словах, конечно, современные «антифашисты» тоже против капитализма и частной собственности, но слова, как известно, должны подкрепляться и проверяться делами.

Сожжения автомашин и грабежи магазинов – это не борьба против капитализма и частной собственности, а уличная уголовщина и вандализм в чистом виде. Если уж к классике левой мысли, то уместно бы вспомнить Карла Маркса. А он в работах не раз подчёркивал, что склонный к грабежам и погромам люмпен-пролетариат (ну или городские маргинальные слои, выражаясь современным языком) делу коммунистической революции плохой помощник.

Национализация средств производства и растаскивание кроссовок из супермаркета – совершенно разные вещи. Пресловутое «Грабь награбленное!», вопреки лживым измышлениям современных антикоммунистов, никогда не было лозунгом нашей Октябрьской революции.

Одну из важнейших насущных задач революции Ленин определял так: «Награбленное сосчитай и врозь его тянуть не давай, а если будут тянуть к себе прямо или косвенно, то таких нарушителей дисциплины расстреливай…» Таково было отношение подлинных левых к уличным погромам и грабежам.

Так выступают ли современные, с позволения сказать, «леворадикалы» против капитализма как общественного строя?

Разумеется, нет. На память не приходит ни одного случая, когда антифа наносили сколько-нибудь заметные удары по интересам крупного или хотя бы среднего капитала, боролись бы, к примеру, за улучшение положения трудящихся, пытались бы организовывать забастовки на предприятиях и т.д.

Мне могут возразить, что антифа защищают бесправных мигрантов от разного рода притеснений, но в том-то и дело, что они защищают мигрантов именно как мигрантов, а не как представителей эксплуатируемой капиталом группы наёмных рабочих.

Словом, ничего классового в действиях «антифашистов» не просматривается в упор. Их левизна берёт начало не из марксизма и даже не из троцкизма, которому они склонны выражать комплиментарность, а из учения так называемых «новых левых» 60-х, провозгласивших новой движущей силой революции вместо не справившегося с «исторической миссией» пролетариата разнообразные деструктивные и маргинальные меньшинства.

Озлобленность антифа – это озлобленность именно что маргиналов, утративших связь с какой бы то ни было национальной, культурной и социальной почвой. Отсутствуют достоверные данные о национальном составе их группировок, но по субъективным ощущениям он тоже неоднороден и включает в себя значительное количество лиц смешанного происхождения, с детства подверженных на этой почве разного рода комплексам.

Отщепенцы, ополчившиеся на носителей национального начала, но едва ли ценимые чёрными расистами и мигрантами, мнимые антикапиталисты, на деле служащие целям сверхкрупного транснационального капитала – таков в действительности коллективный портрет «антифашистов», если отбросить патетику и исторические спекуляции.