Ставки Обамы во второй киргизской революции

Администрация Обамы вновь оказалась неподготовленной

Администрация Обамы вновь оказалась неподготовленной – на сей раз, к событиям в Киргизии. В прошлую среду, когда оппозиция штурмовала президентский дворец в этой среднеазиатской стране, где находится стратегическая база ВВС США "Манас", Вашингтон праздновал подписание нового договора СНВ с Россией.

Администрация не ожидала, что эскалация ежегодных весенних выступлений приведет к свержению коррумпированного президента Курманбека Бакиева и его клана. Она также недостаточно оперативно дистанцировалась от Бакиева и не спешила с признанием временного правительства во главе с 59-летней Розой Отунбаевой. Госсекретарь Хиллари Клинтон позвонила Отунбаевой только в прошлую субботу. Так же поступил и специальный помощник президента Майкл Макфол.

Такая медлительность может стать дорогостоящей ошибкой. Дело в том, что Отунбаева, которая три раза была министром иностранных дел Киргизии, а также работала послом в Вашингтоне и Лондоне, хоть и является умеренным политиком, но все же весьма близка к Москве, как и ее союзники. Придя к власти, она немедленно направила своего заместителя на встречу в Кремль. Одной из возможных тем этих первых московских переговоров мог стать вопрос о судьбе американской базы Манас, вызывающей раздражение у России, которая также имеет в Киргизии свою военную базу.

Россия поддержала "революцию роз", хотя прежде выступала против "цветных" революций на евразийском пространстве: "розовой революции" 2003 года в Грузии, "оранжевой революции" 2004 года на Украине и восстания 2005 года в Киргизии. Причины тому, скорее всего, геополитические: Бакиев, как и лидеры других восстаний, был слишком близок с США, а также с Китаем, что вызывало дискомфорт у Москвы.

Всепроникающая коррупция и кумовство Бакиева заключались в том, что он назначил своего младшего сына Максима главой национального агентства развития, а также взял под свой контроль большую часть бизнеса в стране, включая прибыльные поставки топлива для аэропорта в Бишкеке.

Какое-то время оппозиция и средства массовой информации могли свободно протестовать против режима Бакиева. Однако в последние два года президент пустился во все тяжкие, арестовывая и даже предположительно уничтожая журналистов и лидеров оппозиции.

Из-за войны в Афганистане Вашингтону приходилось зажимать нос и поддерживать отношения с Бакиевым и его предшественником. Однако в этом среднеазиатском государстве связи с Москвой очень сильны. Бакиев, его не менее коррумпированный предшественник Аскар Акаев, да и Отунбаева, раз уж на то пошло – все эти политики получили образование в СССР, и русский язык и культура России очень им близки.

В 2007 и 2008 годах Россия оказала на Киргизию существенное давление, чтобы та выгнала американцев с авиабазы Манас, которая имеет важнейшее значение для снабжения войск, воюющих в Афганистане. Москва вручила Бакиеву пакет помощи на 2 миллиарда долларов в виде кредитов и займов, и часть этих средств он, предположительно, присвоил. Тем не менее в январе 2009 года Бакиев все равно подписал соглашение с американцами, а русские остались с носом. Этой весной Москва нанесла ответный удар, повысив пошлины на поставляемые в Киргизию энергоресурсы, а также начав против Бакиева кампанию острой критики по контролируемым Кремлем телеканалам с обвинениями в тирании. Наряду с военным присутствием американцев, Москву также разозлило укрепление связей Бакиева с Пекином, который приступил к строительству в Киргизии автомобильной и железной дороги, начал вкладывать туда инвестиции, а взамен получил доступ к ее природным ресурсам.

В ходе очередной киргизской революции Кремль действовал молниеносно, с проворством дзюдоиста. И это может стать новой приметой времени. Сразу после произошедшей на прошлой неделе революции Владимир Путин дистанцировался от Бакиева и предложил помощь в наведении порядка. Это, а также публично выраженная временным киргизским правительством "благодарность" Москве за оказанное "содействие", говорит о том, что Россия замешана в этих событиях больше, чем кажется на первый взгляд.

Задача Обамы на ближайшее время заключается в том, чтобы отойти в сторону от Бакиева. В этих целях США могут предложить временному правительству помощь в привлечении свергнутого президента к суду за масштабные хищения денежных средств и убийство десятков демонстрантов. По мере формирования временного правительства в Бишкеке госдепартаменту и Пентагону следует налаживать с ним тесное взаимодействие.

Главная долгосрочная цель США состоит в сохранении базы Манас, даже если Москва отнесется к этому неодобрительно и предложит альтернативный маршрут, более подконтрольный России. Отунбаева уже заявила, что база продолжит свою работу вплоть "до истечения срока действующего контракта", то есть до лета нынешнего года.

Белый дом должен предоставить Отунбаевой возможность посетить хорошо знакомый ей Вашингтон, чтобы обсудить будущее американо-киргизских отношений. И хотя Манас должен оставаться для Америки высшим приоритетом, огромное значение для доведенной до нищеты Киргизии имеет развитие малого и среднего бизнеса, а также борьба с коррупцией. Госдепартамент должен подать Бишкеку сигнал о том, что пакет американской помощи для Киргизии будет щедрым. И Белому дому не нужно беспокоиться о том, что Отунбаева – эта "госпожа чистоплотность" Киргизии, будет обогащаться за счет средств американских налогоплательщиков.

В последние два года России удалось добиться определенных успехов в "сворачивании" евразийского наступления Джорджа Буша. Во-первых, грузинская война и европейская реакция на нее фактически уничтожили шансы Грузии на вступление в НАТО. Во-вторых, победа Януковича на украинских президентских выборах лишила Киев прозападной ориентации, подвинув его в сторону нейтралитета. А сейчас на карту поставлено американское присутствие в Средней Азии.

Когда первоначальный шок от второй киргизской революции пройдет, администрации Обамы надо будет снова включить постсоветское пространство в список американских геополитических приоритетов. На кон поставлены наши усилия в Афганистане, а также присутствие Запада в центре Евразии.

Ариэль Коэн, "''The Wall Street Journal''", США