О строительстве экономических центров в России говорилось много в правление и Бориса Ельцина, и Владимира Путина. Однако именно нынешний президент Дмитрий Медведев возвел эту задачу в ранг государственной. 12 ноября 2009 года в своем ежегодном послании Федеральному Собранию РФ президент заявил: «Надо завершить разработку предложений по созданию в России мощного центра исследований и разработок, который был бы сфокусирован на поддержку всех приоритетных направлений, именно всех направлений. Речь идет о создании современного технологического центра, если хотите, по примеру Силиконовой долины и других подобных зарубежных центров».

Дмитрий Медведев (megabook.ru)

Слово «зарубежный» из уст президента звучало (да и звучит) настолько часто, что многие эксперты и ученые невольно задумались: а будет ли в этом мегапроекте хоть что-нибудь отечественное, кроме колоссальных денег? Помощник президента России, член правительственной комиссии по экономическому развитию и интеграции Аркадий Дворкович на экономическом форуме в Санкт-Петербурге в 2010 году вроде как попытался всех успокоить, заявив, что «Сколково» станет своеобразным локомотивом, который должен будет подтянуть аналогичные начинания по всей стране. О том, в каком состоянии находятся подобные начинания в стране, Дворкович не пояснил, однако пообещал, что всех, кто отвечает «сколковским» критериям, государство не бросит и даст льготы. Однако после обнародования этих самых критериев (разработки в области энергетики, IT, телекоммуникаций, биомедицины и ядерных технологий. – Прим. ред.)  стало понятно: проект должен осуществляться с участием зарубежных специалистов и высших учебных заведений.

Аркадий Дворкович - помощник Президента Российской Федерации с 13 мая 2008 года

Более того, уже позже многие высокопоставленные российские чиновники, в той или иной мере отвечающие за «Сколково», то ли по недосмотру, то ли сознательно проговаривались, что первостепенной задачей является возвращение в Россию талантливых, небедных и предприимчивых соотечественников с опытом работы на Западе. О наших ученых и инженерах, которые живут и трудятся в России, говорится по-прежнему «постольку-поскольку».

И тревога, поднятая в связи с этим экспертами, – не проявление «квасного патриотизма». Дело в том, что по российским законам исследовательская деятельность (исследования, разработки и коммерциализация их результатов) жестко регламентируется управляющей компанией, уполномоченной по своему усмотрению даже не признавать исследовательскую деятельность таковой в случае нарушения «механизма взаимодействия лиц, участвующих в реализации проекта».

Логотип Сколково (i-russia.ru)

И вот тут начинается самое интересное. Крупнейшая европейская корпорация аэрокосмической промышленности EADS и машиностроительный гигант из Франции Alstom, финская Nokia и немецкий Siemens, американские Microsoft, Cisco и Boeing  – вот лишь краткий список иностранных промышленно-финансовых монстров, готовых «помочь России вырваться из советского технологического тупика» (цитата главы Microsoft Стива Балмера). А вот отечественная промышленность в рамках данного проекта к «инновационным» преференциям фактически не допускается. Налицо – перевод экономики страны в режим интеллектуального аутсорсинга. Проще говоря, западные компании будут продавать России то, что наши ученые создадут в «Сколково».

Microsoft: штаб-квартира Microsoft в Вашингтоне (theepochtimes.com)

Кстати, в списке уже попавшихся в подобную ловушку стран мы – не первые.

Такое же положение ныне занимает, например, Индия, ставшая главным поставщиком программного обеспечения и прочего софта для США. Тем не менее, создать нечто свое, от простого мобильного телефона до мощных атомных подводных лодок, Индия пока так и не смогла: если говорить о вооружениях, то индийцы, например, берут в лизинг у России многоцелевую подлодку «Нерпа», выпускают по российским лицензиям танки и самолеты. Недавняя покупка нашей страной у Франции двух десантных кораблей «Мистраль» видится в этом свете лишь первой ласточкой на аналогичном пути России.

В этой связи возникает вполне закономерный вопрос: а зачем президенту Дмитрию Медведеву это все, собственно, нужно?

Руководитель программы «Россия – СНГ» во Французском институте международных отношений Тома Гомар в эксклюзивном интервью KM.RU на этот вопрос отвечает так: заручиться поддержкой проверенных временем западных финансовых и промышленных гигантов российского президента заставила безысходность.

«Ведь сразу, еще не дождавшись нормального анализа по «Сколково», многие стали кричать о том, что бюджет «распилят», ничего не построят, а науку, и так дышащую на ладан, развалят окончательно, – говорит г-н Гомар. – Вдобавок никто толком не знает, как сложится его (Медведева) политическая судьба после 2012 года. Поэтому этот проект стал неотъемлемой частью политической риторики Дмитрия Медведева, это – один из ключевых моментов его ПОЛИТИЧЕСКОЙ программы в связи с масштабными планами по модернизации страны. Для России «Сколково» – это возможность продемонстрировать свою способность к позитивным изменениям. Критики говорят о пустом фасаде и потемкинской деревне, однако поддержка из-за границы продолжает шириться. И для Медведева это – реальный шанс войти в историю на позитивной ноте».

Так или иначе, но, в любом случае, Дмитрий Медведев в вопросе инновационного развития страны пошел, мягко говоря, не совсем верной дорогой. Ведь то, как выглядит проект «Сколково» на данный момент, в 2011 году, позволяет вывести до банальности простую мораль: ни проблемы стратегической безопасности, ни проблемы импульса для перспективных проектов развития наших собственных технологий и инноваций на путях развития интеллектуального аутсорсинга не решить.